Волоколамский СИЗО, деды на скутерах и ДНК из окурка. Или как подмосковная полиция не смогла.

Волоколамский СИЗО, деды на скутерах и ДНК из окурка. Или как подмосковная полиция не смогла.

Летом 2016 года один замечательный человек был приговорен N-ским районным судом города Москвы к году лишения свободы. Ну, неприятно, конечно, но не в первый раз.

Настоящая неприятность выяснилась позже. До приговора в отношении него действовала подписка о невыезде и надлежащем поведении, то есть мера пресечения была изменена в зале суда при провозглашении приговора. А вот за незначительное время до этого в один из подмосковных ОМВД поступило заявление от двоих пожилых дедушек о том, что они тихо-мирно приехали на мотороллерах (а дедам-то лет за 60) порыбачить на реку. В этот момент мимо них проходили двое ранее незнакомых им молодых людей. Эти самые ребята стали проявлять интерес к скутерам, завязался конфликт, в результате которого одного из пенсионеров даже забросили в реку. Фигурировало какое-то бревно в руках одного из нападавших. Молодые люди пытались завести скутеры, но у них ничего не получилось. После чего они скрылись. В результате возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 УК РФ и п. «а,г» ч.2 ст.161 УК РФ (покушение на грабеж группой лиц по предварительному сговору с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья).

На месте происшествия был обнаружен и изъят окурок. Из фильтра окурка выделена слюна, а из нее ДНК. По базе данных ДНК осуждавшихся лиц в качестве курившего был установлен тот самый осужденный N-ским судом. Технологии 21 века, однако! По месту регистрации выдвинулась группа для задержания, но вместо курильщика дверь открыла его бабуля, которая и пояснила полицейским, что внук ее уже отбывает наказание. Самое интересное, что сотрудникам об этом ничего известно не было.

Несколько месяцев была тишина, а затем началась неспешная организация по этапированию осужденного в СИЗО в город Волоколамск, куда он и был доставлен весной 2017 года. Я вступил в дело.

Через несколько недель появился в СИЗО и следователь. Состоялся допрос в качестве подозреваемого. Тогда же мы и узнали о «бычке», генетической экспертизе и об одном опознании по фотографии. Клиент хотя и является молодым человеком, но уже опытен в подобных делах. Он пояснил следующее: Со своим случайным знакомым по имени, допустим, «Вася» (иные данные неизвестны) он шел с дачи, где был в гостях, в сторону железнодорожной станции. Путь пролегал, в том числе, мимо реки. На берегу находились те самые мужчины, которые ни с того, ни с чего стали предъявлять претензии парням, что они «не местные» и повинны в каком-то поджоге. «Вася» вступил в словесную перепалку с одним из мужчин, в результате которой «Василий» толкнул последнего в воду. Увидев это, второй мужчина достал нож и стал им размахивать. Оба молодых испугались и ретировались с места событий. Подзащитный утверждал, что лично он в скандале не участвовал, никого не трогал, дубины у них не было. К скутерам никто из них двоих не подходил и не прикасался. Действительно, если уж умудрились найти следы на окурке, то почему нет ничего на мотороллерах? И это не конец истории! Не успели наши добраться до платформы, как оказалось, что местные организовали за ними погоню. К рыбакам присоединились еще люди. У одного из них было с собой ружье. Тут уже пришлось бежать и залечь в лесополосе.

Естественно, следователю непризнание вины совсем не понравилось. Появились намеки на то, что, если было бревно, то может быть и был и разбой. Ну да ладно. Проведем на днях следственные действия с участием потерпевших и там будет видно.

Я подумал, что в принципе дело с точки зрения следствия несложное. Что им осталось сделать? Две очные ставки, одно опознание вживую, предъявление обвинения, выделение уголовного дела в отношении неустановленного соучастника, 217, тяп-ляп и дело в суд, а там пускай разбираются, кому верить. Но по правилам ФСИН осужденное лицо, может по запросу следствия содержаться в СИЗО не более двух месяцев. А вот поездки по этапу — мероприятие не особо полезное для самочувствия. Поэтому я предложил моего подзащитного арестовать. Тогда и срок содержания в СИЗО не будет ограничен двумя и месяцами и срок нового наказания уже фактически начнет течь. Но мне ответили, что, во-первых, у них в районе такое не практикуется, а, во-вторых, они и так все успеют.

Но не успели... и поехал подозреваемый обратно в Нижегородскую область. За оставшееся время никаких процессуальных мероприятий с ним больше не проводилось.

А вот пара лирических отступлений:

1. Про «Васю». Вообще, полиция была в курсе, кто он такой, и даже пару раз выезжала к нему по месту жительства, но не заставала дома. По-видимому, на этом оперативно-розыскные мероприятия по его поиску и заканчивались. Хотя, по словам знающих его людей, никаких специальных действий по скрытию он совершенно не предпринимал, в бега не ударялся, спокойно обитал «на районе», ходил туда-сюда и радовался жизни. Якобы, однажды он был госпитализирован в наркологическую больницу и опера выезжали и туда, но пока собирались и ехали «Вася» из больницы ушел. Почему бы не объявить его в розыск, непонятно. Ну и хорошо, что так. Нашей стороне совсем не нужен был еще один участник со своей наверняка особой точкой зрения на произошедшее. Хотя некоторые близкие моего подзащитного недоумевали, а почему это наш сидит, а тот гуляет? Вроде как несправедливо.

2. Про Волоколамский СИЗО. О, будь благословенны наши московские изоляторы! Этот же даром, что расположен в живописнейшем месте на холме прямо за Волоколамским кремлем у прудика. Пронести с собой что-либо кроме ручки и бумаги сквозь досмотр невозможно: ни книгу, ни журнал, ни табак. Требование заполняется в картотеке. Естественно требуют разрешение следователя и заверенную им копию ордера. Удивило, что требования вырываются из типографской книжечки с впечатанными датами то ли «198_», то ли «199_». Прямо-таки тепло и лампово. Далее идешь в спецчасть, а потом уже в следственные кабинеты, которые отделены от остальной административной части изолятора запираемой дверью. Запускают туда только при наличии свободного кабинета. Если таковых в наличии нет, то необходимо стоять под этой дверью. Именно стоять, так как посидеть-то негде, разве что на ступеньках. И почитать нечего и выйти на улицу невозможно. Хорошо, что поток посетителей незначителен. Всего я там побывал 4 раза, из которых 3 раза сразу был свободный кабинет, но один раз пришлось простоять несколько часов и то предыдущие посетители до конца рабочего дня свои дела не закончили и мое свидание сорвалось.

Кабинетов всего 3. Приводят заключенного в течении 40-50 минут. Пока ждешь привода, покидать кабинет нельзя. Площадь кабинета примерно 3 квадратных метра. Посередине он перегорожен решеткой. Соответственно, в дальнюю от двери часть запирают арестанта. Из мебели: 2 табуретки (одна за решеткой) и стол. Получается, адвокат на следственном действии обязан стоять. Как в таких условиях проводить опознания или очные ставки, непонятно.

Подзащитному изолятор тоже не понравился. Говорит, что, если в Москве администрация ко всем обращается на Вы, то в Волоколамске такого не принято. Нижний Новгород также казался ему приятнее. Однажды его водворили в карцер за то, что он днем спал на койке под одеялом...

Возвращаемся к уголовному делу. В колонии подозреваемый пробыл считанные дни и поехал обратно в Волоколамск. Сменился следователь. Меня никто не вызывал. Поначалу я звонил в отдел, спрашивал, какие у них планы. Мне отвечали: да-да, скоро активно приступим к делу, может быть даже изберем заключение под стражу.

А время идет. Ситуация получается такая, что по истечении новых двух месяцев в СИЗО у моего осужденного остается всего несколько дней до выхода на свободу по предыдущему приговору. И клиент говорит мне, слушай, а может, если так складывается, то и не нужен нам никакой арест и стоит подзатянуть расследование? Лучше я выйду, а с воли и защищаться легче будет. Ок. Я перестал звонить следователю, чтоб лишний раз о нашем деле не напоминать. Морально приготовился затягивать.

Ну и 2 месяца тишина со стороны обвинения. Было такое странное событие: супруга обратилась к следователю за разрешением на свидание. А, кстати, они в СИЗО и поженились. Дали за ручку через решетку подержаться. Так вот, звонит ей следователь и говорит, не могли бы вы узнать, сколько еще ваш муж будет находиться в СИЗО? Э... У них там война что ли между ведомствами?! А самому позвонить или заехать нельзя?

На всякий случай клиент запасся многочисленными заявлениями заявлениями и жалобами о том, что ему в качестве наказания назначен общий режим, а он содержится в тюремных условиях, причем просто так и непонятно, с какими целями. Нарушение прав осужденного. В итоге, в положенный срок он отбыл по месту исполнения наказания.

Разумеется, в последние дни и даже часы началась у нас паника. Свобода так близка, но ведь могут встреть непосредственно у ворот колонии! Привод или задержание в порядке ст. 91 УПК РФ. Да, пускай оснований-то особо однозначных нет, но опера скажут: у нас отдельное поручение следователя; мы его исполним, а вы там обжалуйте потом сколько влезет. В общем, разработали какой-никакой план, как этому противодействовать.

Единственное, что наводило на мысль о благополучном исходе это то, что если уж полиция не может поймать беспечного «Васю» в Москве, то до Нижнего они просто не доедут. И действительно! Так и получилось!

Почему так вышло? Версия первая, связанная с дедами: деды со временем остыли и стало им лень гонять по следственным изоляторам. А может, со здоровьем что не так. А может, их спросили, действительно ли были нож и ружье? А без очных ставок при нашей позиции совсем никак. Версия вторая: банальное разгильдяйство органов. Так как сам работал в следствии, могу сказать, что и такое вполне возможно.

Что же теперь с делом? Ведь сроки-то идут. Подозреваемый формально есть: установлен, здоров, не скрывается (ч.1 ст.208 УПК РФ). Оснований для приостановления нет. Возможно, что какое-то время сэкономлено за счет приостановления до нашего первого допроса. Но все равно год расследования не за горами. А за дальнейшим продлением необходимо идти в Министерство (ч.5 ст.162 УПК РФ) и объяснять, почему подозреваемый 4 месяца находился под боком, а дальше одного допроса дело не продвинулось, и какая такая особая сложность в расследовании данного уголовного дела. Пойдут ли?

Мораль:

  1. Не разбрасывайте свою ДНК где попало. Не мусорите даже в лесах.
  2. Отрицайте вину грамотно. Путайте следствие.
  3. Человеческое разгильдяйство — иногда мощная сила!

 

МЕТКИ: Уголовное дело, проделки полиции, сизо, упк